⚖️ Единый рынок против местных правил: как убрали семь барьеров
Китайский регулятор рынка обнародовал вторую подборку дел о помехах единому рынку: в семи делах из шести регионов чиновники давали преимущество отдельным игрокам через локальные фильтры и административные решения, не имевшие оснований в законах или государственной политике.
Масштаб виден по деталям: 26 местных лекарств в Хубэе, 35 избранных перевозчиков в Шанхае, 30-летний контракт в Чунцине. Различаются они тем, чем держалась привилегия: договором, текстом собственного правила или самим порядком выдачи разрешений. От этого зависело и то, чего стоила отмена. К моменту публикации все семь барьеров были убраны или переписаны.
Два давних договора закрыли рынок ритуальных услуг
Самые долговечные ограничения нашли в ритуальной сфере, и держал их договор. В 2004 году уездное управление гражданских дел в Чунцине отдало кладбище в управление трем физлицам. Договор запрещал властям создавать новые коммерческие или общественные кладбища: за досрочное расторжение или даже разрешение нового объекта полагались возврат всей платы и компенсация всех вложений.
Такая привилегия пережила административную реформу. В 2016 году уезд стал районом, а управление получило новое название. В 2020-м прежнюю управляющую структуру упразднили, а три контрагента создали компанию и продолжили исполнять договор.
В Гуанси похожая конструкция появилась в декабре 2003 года. Контракт на 20 лет отдавал одной компании строительство мемориального парка при равных условиях и обещал приоритет после истечения срока; с 2010 года объектом управляла только она. Оба дела квалифицировали по статье 40 антимонопольного закона: органам власти нельзя закрывать вход на рынок соглашением с избранным оператором. Такой барьер власть убирала не одна: в обоих случаях пункты удаляли по соглашению сторон, а в Чунцине изменения еще и опубликовали.
Местная прописка стала заменой качеству и цене
Договор связывает власть с одним исполнителем, правило раздает преимущество целому кругу — тем, кто зарегистрирован на месте. Этот круг в Хубэе очертила фармацевтическая политика: в ноябре 2025 года провинциальная комиссия по здравоохранению составила каталог из 26 препаратов местных производителей. Государственные больницы второго уровня и выше побуждали держать эти препараты в наличии и применять, открывать им ускоренный допуск и отчитываться, а выполнение отслеживали через реестр и сводки.
Критерием оказалось происхождение лекарства, а не его качество, эффективность или цена. Центральный регулятор увидел в этом вытеснение иногородних поставщиков и нарушение статей 39 и 45. По его рекомендации правительство Хубэя добилось отмены каталога; должностных лиц привлекли к ответственности.
Два других дела доводят тот же принцип до буквального адреса. В марте 2024 года энергетическое управление Ордоса с шестью ведомствами предписало шахтам продавать уголь либо прямо покупателю, либо через зарегистрированную в городе сбытовую компанию. Целью называли борьбу с продажами через аффилированные структуры по заниженной цене, но местное условие признали незаконным.
В хошуне Шинэ-Барга-Цзоци то же условие попало в критерии отбора консультантов по экологической оценке: в марте 2024 года управление по возрождению села потребовало регистрации таких фирм в пределах Хулун-Буира. В июле ведомство влилось в аграрное управление, но его преемнику пришлось отменить объявление. Оба местных фильтра попали под статью 45 о нормативных актах, ограничивающих конкуренцию. Правило, в отличие от договора, власть отменяла сама: оба ведомства переписали или отозвали документ и объявили об этом публично.
Закрытый допуск пережил отмену самого эксперимента
Третий барьер обошелся без договора и без действующего правила: его держал сам порядок рассмотрения заявок. В новом районе Сянцзян в Хунани компания с сентября 2024 года несколько раз подавала заявки на открытие интернет-кафе. В октябре ей отказали: адрес попадал в экспериментальную зону Лугу по модернизации таких заведений. В июне 2025 года фирма пожаловалась провинциальному регулятору, и через месяц власти Хунани отменили весь эксперимент.
Однако и после отмены компанию не пустили на рынок. В июле она подала новую заявку, а в августе ведомство отказалось ее рассматривать: новых обстоятельств нет. Проверка показала: заявки всех компаний вне первоначальной группы отклоняли. После расследования документы фирмы приняли, и разрешение стали оформлять.
В Шанхае тот же порядок работал иначе. В марте 2025 года районное управление озеленения и городского облика пересобрало вывоз отходов после ремонта. После тендера оно отобрало 35 перевозчиков и предписало каждой местной администрации выбрать из них еще более узкий круг по объему отходов. Заказчикам запретили нанимать оператора из другой зоны, а его машинам — въезжать туда за мусором.
Шанхайский регулятор счел, что двухэтапный отбор вынуждал покупателей идти к конкретным фирмам. План переписали, ограничивающие пункты убрали, а проверку документов на добросовестную конкуренцию усилили. Это дело и история интернет-кафе попали под статью 39 о навязывании товаров или услуг указанного поставщика; шанхайский план нарушал еще и статью 45.
Что это значит
Семь дел сложились в три способа закрыть рынок — договором, местом регистрации, порядком допуска. В этой подборке к ним применили статьи 40, 45 и 39 антимонопольного закона.
Разной оказалась и цена отмены: где-то хватило принять заявку или переписать районный план, где-то пришлось менять давние контракты, а в Хубэе — отменять весь каталог. Результат везде один: привилегию убрали.
Фокус второй подборки — не отмена одной громкой политики, а устранение малых административных привилегий. Одна строка о месте регистрации, один закрытый список или одно условие в договоре способны создать рыночную границу. В логике кампании единый рынок строится там, где такая строка перестает работать.